Любовь Федорова (![[info]](http://p-stat.livejournal.com/img/userinfo.gif){kind=small} ljuba_fedorova) wrote,@ 2008-03-11 19:00:00 |
|
некоторые критически настроенные персонажи на окололитературной или околомузыкальной ниве постоянно пытаются заново - вдоль, поперек, по диагонали, дискретно, зигзагом - вспахать борозду под названием "творчество в жизни человека" или "зачем они делают это?" причем, чаще всего в рассуждениях эти люди идут по пути упрощения, поскольку сами видят один-два возможных направляющих рельса, и пытаются весь мир объяснить этой доступной их пониманию колеей. выглядит это убого. поскольку - опять же, чаще всего - случаются подобные раздумья или попытки объяснить себе и окружающим смысл творчества на фоне собственной невозможности реализоваться. т.е. человек пробовал и у него не получилось воплотить замысел, пробовал, и его попытки отвергла публика, пробовал, и не хватило трепения, пробовал, и сам понял, что не обладает какой-то из составляющих таланта, пробовал, и понял, что труд по преодолению препятствий ему не по силам, пробовал, и увяз, как в болоте, в непомерных выстроенных перед собой задачах... и так далее, продолжать можно долго, главное в этом списке - отсутствие конечного результата или неудовлетворяющий собственным требованиям конечный результат. в таком состоянии творческой неудовлетворенности человек и выходит на поиск врага - того, кому пусть какая-нибудь ерунда, но дается легко, быстро, просто и не вызывает терзаний по поводу качества (иногда, действительно, вследствие отсутствия у творца художественной подготовки и чувства качества, а иногда - в силу того, что легко и грамотно сделанное точно так же легко и с апплодисментами воспринимается публикой).
самый злой и несговорчивый критик - это тот, кто пытался то же самое делать сам, но не сумел. или не посмел. или мог бы, но обломался, поскольку легкости и желания раскрываться до души ему не хватило (практически аналог трезвого "не посмел", но с трусливым подтекстом). страшны в критическом гневе люди, которым синдром сперматозоида не позволяет быть вторым хоть с начала, хоть с хвоста - а первыми они не могут. уж они-то объяснят, что все остальные проскочившие вперед них по единственному видимому им рельсу теоретически должны были обломаться значительно раньше, и вообще неизвестно, что делают в профессии. что им не место и не время. что публика глуха и тупа, раз на ура принимает чью-то ерунду и не ценит пусть и неоконченные, но серьезные академические потуги.
в творчестве, как нигде "единственно правильный путь" невозможен. и состояние "с вами все ясно" случается лишь с тем, у кого на глазах шоры, а на голове овсяная торба, натянутая по самые уши. нету здесь ни борозды, ни рельсов, ни даже направления, похожего на дорогу. есть опорные точки, от одной до другой можно перемещаться по любой траетктории. а по местам авторов/исполнителей расставить может только время. сквозь него пробьются немногие, но, как показывает практика, не те, которые сами на это рассчитывали, или кому предрекал путь по рельсам неудачливый творец-критик. рельсы ведь на то и рельсы, чтобы однажды закончиться в тупике.
самый злой и несговорчивый критик - это тот, кто пытался то же самое делать сам, но не сумел. или не посмел. или мог бы, но обломался, поскольку легкости и желания раскрываться до души ему не хватило (практически аналог трезвого "не посмел", но с трусливым подтекстом). страшны в критическом гневе люди, которым синдром сперматозоида не позволяет быть вторым хоть с начала, хоть с хвоста - а первыми они не могут. уж они-то объяснят, что все остальные проскочившие вперед них по единственному видимому им рельсу теоретически должны были обломаться значительно раньше, и вообще неизвестно, что делают в профессии. что им не место и не время. что публика глуха и тупа, раз на ура принимает чью-то ерунду и не ценит пусть и неоконченные, но серьезные академические потуги.
в творчестве, как нигде "единственно правильный путь" невозможен. и состояние "с вами все ясно" случается лишь с тем, у кого на глазах шоры, а на голове овсяная торба, натянутая по самые уши. нету здесь ни борозды, ни рельсов, ни даже направления, похожего на дорогу. есть опорные точки, от одной до другой можно перемещаться по любой траетктории. а по местам авторов/исполнителей расставить может только время. сквозь него пробьются немногие, но, как показывает практика, не те, которые сами на это рассчитывали, или кому предрекал путь по рельсам неудачливый творец-критик. рельсы ведь на то и рельсы, чтобы однажды закончиться в тупике.
